Home

Advertisement

Customize

Ильф

Nov. 12th, 2009 | 09:06 pm

"Все, что вы написали, пишете и еще только можете написать, уже давно напечатано в одесской синодальной типографии"

Link | Leave a comment | Add to Memories | Tell a Friend

«городской синдром»

Nov. 12th, 2009 | 02:18 pm

>«сельский синдром» имеет свой антипод — «городской синдром», с менее ощутимым для человека, но социально столь же, и даже более, негативными чертами-симптомами:
1. Соблазн тунеядства, реальная возможность прожить в городе (во всяком случае, в крупном городе), месяцами и годами (в принципе даже всю жизнь) не занимаясь никаким трудом. Это ведет к прямому моральному разложению если не родителей, то наверняка их детей.
2. Возможность бытового потребительства, т.е. полной ориентации во всех житейских мелочах только на сферу обслуживания. В результате появляются целые поколения инфантилов, не способных к элементарному самообслуживанию, с соответ-ствующими сдвигами в психике.
3. Возможность культурного потребительства и появление целых толп киноманов, телеманов, разных «фэнов», не способных занять себя без манипулирования их сознанием извне.
4. Распространение крайне непрочной нуклеарной семьи, т.е. состоящей только из родителей и детей, а все чаще с одним ребен¬ком или даже вовсе бездетной, а также множества разновидностей внебрачного сожительства, включая все мыслимые половые извращения, что ведет к выморочности общества и сильно развитой массовой деморализации населения, особенно молодежи.
5. «Эффект отчуждения» человека от общества, когда человеку становится безразличным состояние общества, включая окружающих, а обществу (включая окружающих) становится безразличен человек, даже если он гибнет на виду у всех.
6. Погоня за легким, престижным трудом, а так как это доступно далеко не всем — массовая неудовлетворенность, фрустрация населения.
7. Распространение богемного стиля жизни, массовая неупорядоченность быта, особенно у молодежи, с соответствующими негативными сдвигами в психике людей.
8. Распространение асоциальных форм досуга (азартные игры, наркотики и пр.), разрушающих человеческую личность.
9. Крайняя трудность найти подходящего спутника жизни, создать прочную семью, жить нормальной семейной жизнью.
10. Трагедия одиночества, принимающая массовый характер и особенно тяжкая под старость.
11. Бьющая в глаза социальная иерархия и чудовищный комплекс неполноценности у большинства людей.
12. Полный или почти полный отрыв от природы плюс кошмарные «часы пик», уносящие ежедневно 2—3 часа жизни горожанина.
13. «Разрыв поколений», ставящий под вопрос преемственность культурных ценностей, стабильность общества вообще.
Игорь Васильевич Бестужев-Лада - российский учёный, историк, социолог и футуролог, специалист в области социального прогнозирования и глобалистики.



Link | Leave a comment | Add to Memories | Tell a Friend

Семинар Сергея Минаева

Nov. 12th, 2009 | 12:25 pm

"Основной тренд сегодня - это одиночество"
 Тренд - это синусоида, имеющая определённый временной интервал, имеющая своё дно и пик роста. Если говорить о городе, то одиночество больше коррелирует(имеет тесную взаимосвязь) с количеством проживающих в городе людей, мне кажется,  чем людей больше, тем выше будет подниматься тренд одиночества (up-trend), чем меньше людей, тем ниже будет опускаться тренд(down-trend).
Как из одиночества делать деньги, показали социальные сети.




Link | Leave a comment | Add to Memories | Tell a Friend

ЕС

Nov. 11th, 2009 | 11:53 am

Разговаривал вчера c немцем, который занимается дистрибуцией немецких продуктов в России
Спросил у него: "Чего нет в России, что есть в Евросоюзе?"
Он ответил: "В Росcии есть свобода, которой нет в ЕС, зато в ЕС есть единая валюта, в остальном ЕС такое же гавно, что и Россия, где все друг друга обманывают"

Я так понял с его слов, что коррупцию в России, легче обойти, чем законы в ЕС.

Link | Leave a comment | Add to Memories | Tell a Friend

Обналичивание

Nov. 9th, 2009 | 09:35 pm

Обналичивание — востребованная услуга. «Если мы не будем пользоваться обналичкой, то проиграем конкуренту, — объясняет московский предприниматель. — Рентабельность будет меньше — взятки ведь все равно приходится платить, даже если бизнес белый и пушистый».

По его словам, сегодня тариф на обналичивание — до 4,5%, для крупных и постоянных клиентов (свыше 10 млн руб. в день) — порядка 3%. В декабре, в пик выплат поздравительных и премиальных «в конвертах», или во время очередной кампании по борьбе с обналичиванием ставка вырастает до 12%.

Но все равно экономия для бизнеса огромная: перечислив деньги в чемодан, «белая и пушистая» компания не платит НДС (18%) и уменьшает базу по налогу на прибыль (20%), а если деньги идут на черную зарплату, сокращает свои издержки на ЕСН (базовая ставка — 26%) и подоходный налог (13%). Так что игра стоит свеч.

Link | Leave a comment {1} | Add to Memories | Tell a Friend

Бюджет

Nov. 9th, 2009 | 03:46 am



15 июня в 13:53
Алексей Новиков

Алексей Новиков отвечает:

Не соглашусь, Артемий. Я этим не пользуюсь в силу осознания того простого факта, что говнюки, пилящие бюджетные деньги, уменьшают объем этих денег, который мог бы пойти, скажем, на оборудование больницы или детского сада.
----------------------------------------

15 июня в 15:56

Артемий отвечает:

Вашу позицию я понял. Мной лично - искренне уважаема.
Алексей, у нас ситуация в стране такая, что мудаков много везде. И 99% из них думают, как бы срубить бабок побольше, независимо от рода деятельности и занимаемой должности. И 100% из них тоже скажут Вам, что “Ваша позиция уважаема”.

Но, Алексей, от этого никуда не деться. В силу обстоятельств, приходится пользоваться этой системой. Тем более в настоящее время.
У меня, как и у Вас, свой бизнес. Не знаю как Вы, но я открыл свое дело сразу после армии. Это было два года назад.
Через некоторое время, накопилось денег и я стал делать первые шаги в системе госзаказа. Каково было удивление (оно и сейчас есть) присутствующих на аукционе организаторов и исполнителей, что молодой парень рьяно сбивает цены, уже заранее “оговоренного распила”. И периодически выигрывает аукционы. Сначала исполняли все честно, что практически не приносило прибыли. Но потом понял, что можно слегка увеличить количество заказов, уменьшить качество исполнения, поделиться прибылью с заказчиком, и последний на многое закроет глаза. Я не говорю, что мы сейчас делаем говноремонты или плохо что-то сооружаем, строим, монтируем. Нет. Мы все равно - все делаем качественно. Но, например, те же стройматериалы, могли бы быть качественней. Но никто не думает об этом. Этот же ремонт проведут опять, года через три.

А теперь про поставки “полезного оборудования”.
Видите ли, из-за бешеного демпинга на аукционах (это особенно касается поставок), зачастую то, что дано в тех.задании не поставляется. Возьмем пример: поставка спортивных тренажеров. В тех. задании к аукциону прописано: “Беговая дорожка Torneo T-304. 100 шт. Цена за ед.: 30000 рублей”. Максимальная сумма контракта получается 3 млн. рублей. Ее выигрывает компания, например, за 1,5 млн. Но за эти деньги, уже ей самой нигде этот тренажер не купить. Подсовывается другой, такой же по ТТХ, только самый дешевый из Китая. На эти 100 штук делается тех.паспорт, что они ровно такие же, как Torneo и далее они поставляются по учреждениям. Но ломается этот китайский ширпотреб очень быстро. Деньги потрачены зря. Иногда даже поставщика бывает не найти. И проводится новый аукцион.

Из-за чего это все? Да из-за общества. И из-за отсутствия контролирующих независимых организаций. И из-за ФЗ №94 (как он работает уже все убедились на строительстве нового стадиона на Крестовском).
А пока никто не будет ничего менять, все этим будут пользоваться. И я буду. Работать надо. Но желаю перемен только в качественную сторону.

А системы госзаказа интеллектуальных продуктов - вообще больная и отдельная тема. Там все настолько печально. Первый пример от которого я был шокирован: система автоматизации распределения посетителей в МИФНС по СПб. На эту херню было потрачено 25 млн. рублей. Подробнее там: http://www.spbbusinessconsult.ru/node/91


http://blog.studiomade.ru/articles/business/pilorama/

Link | Leave a comment {4} | Add to Memories | Tell a Friend

Принос — взятка — откат...» История вопроса

Oct. 16th, 2009 | 02:05 am

Принос — взятка — откат...» История вопроса
Бери, большой тут нет науки; Бери, что можно только взять. На что ж привешены нам руки, Как не на то, чтоб брать,
В. Капнист, Ябеда (1796)
Что нам известно об истории «откатинга» на Руси? Может быть, это позорное явление есть болезнь нашего времени? Отрыжка постсоветской эпохи, помноженная на неокрепшую демократию? Хотелось бы так думать, но, опираясь на обшир¬ные исторические источники, легко убедиться в том, что подкуп административного лица есть прочная традиция российского государственного быта по крайней мере несколько последних столетий. Само собой, в иных социально-экономических условиях были по-другому расставлены акценты. В связи с неразвитостью экономических отношений весь процесс был чуть-чуть уже и крутился вокруг получения нужных решений от чиновников разного уровня и того, что и сейчас является самой коррумпированной сферой, — сферы госзакупок. Прекрасный экскурс в наше «темное прошлое* совершил И. А. Голосенко в своей работе «Феномен "русской взятки": очерк истории отечественной социологии чиновничества»*.
формы взятки менялись—брали съестным, мехами, крепостными, деньгами, услугами, но суть ее как формы злоупотребления властью, как служебного преступления сохранялась. Само собой разумеется, что термина «откат» тогда не существовало, но суть явления не изменилась ни на йоту. Упорная воспроизводимость подобного деяния нашла стихийное отражение в языке. Широко использовались в обиходе народные эквиваленты термина «взятка», такие как «оказать почесть», «проявить уважение», «мзда, «корм», «добыча», «подарок», «детишкам на молочишко», «вернуть долг», «любостяжательность», «лихоимство», «сребролакомство»**.
В допетровские времена «принос» был обычным, не осуж¬даемым явлением. В те времена на Руси вся местная власть — воеводы и их штат—казенного жалованья от московской власти не получали и лично устанавливали поборы на собственное содержание, Естественно, кто давал регулярно и обильно, получал от начальства искомое «снисхождение».
Петр I признал этот институт «кормления» пагубным, но назначенные им оклады чиновникам (даже губернаторам) выплачивал нерегулярно, в уменьшенном размере и т. п., что неизбежно поддерживало систему «кормления» и подношения*.
Петр I принял первые законодательные акты, послужившие прообразом будущих правил «публичных» торгов. Тогда вопро¬сами поставок и продаж занималась Канцелярия подрядных дел, подчиненная Камер-коллегии. Для сравнения: в Велико¬британии создали специальный орган по закупкам, обеспечивающий интересы короны в колониях Британской империи, — «Краун Эйджене» — лишь в 1833 году.
О внимании и «креативном» подходе Петра Великого к вопросам госзакупок говорит выдержка из книги «Русская старина. Жизнь императоров и их фаворитов».
.„Вследствие публикации Адмиралтейской коллегии о вызове подрядчиков для торга и поставки потребных Адмиралтейству материалов явилось много желающих. Но из них осталось только трое купцов, которые друг перед другом наперерыв старались удержать подряд за собою.
Наконец один из них объявил, что возьмет за вычетом расходов по гривне за рубль, Другой сказал, что возьмет только по пяти копеек, Третий же говорил, что из одного только усердия и ревности к Государю берется поставить и без барыша» надеясь, что впредь не будет оставлен.
Коллегия вошла об этом с докладом к Государю. Какое же решение принял Государь?
Отдать тому, который требует за труды по гривне за рубль! Другому отказать, понеже из пяти копеек не из-за чего трудиться; а третьего, как плута, отдать на два месяца на галеру, сказав ему, что Государь его богаче!*
С момента издания «увещевательных» указов Петра I взятка теряет легитимированный характер, как было при институте «кормления*, и принимает нелегальный или полу-легальный вид, но не исчезает. Весь XVIII век шла упорная и бесплодная борьба с взяточничеством, монархи издавали новые указы и манифесты. Сенат проводил ревизии по всей гигантской стране, мздоимцев (иногда очень сановных) «нещадно» били кнутами и батогами, рвали им ноздри, клеймили, ссылали с конфискацией всего имущества, А взяточничество и казнокрадство становилось повальными, Александр I с горечью признавался своему воспитателю, швейцарцу по происхождению и республиканцу по убеждениям, Ф. Лагарну: «Непостижимо, что происходит, все грабят, почти не встретишь честного человека. Это ужасно! Подобные выразительные признания можно целыми пригоршнями черпать из русской истории. Начиная с Екатерины II русские государи один за другим признавались в бессилии перед повальным взяточничеством и другой стороной этой медали — казнокрадством. «Через всю русскую историю, — писал один из самых серьезных исследователей отечественного взяточничества П. Берлин, лишь сменяя свою форму, лишь увеличивая и уменьшая свои размеры, тянется колоссальное взяточничество и взяткою широко пользуются, как отмычкою казенных сундуков, крышки которых гостеприимно раскрываются перед людьми, сумевшими в соответствующий момент дать соответствующему человеку соответствующую взятку.
Фактами коррупции, казнокрадства и взяточничества перенасыщены все последующие царствования вплоть до последнего императора, Взяточничество по-прежнему было негласной статьей доходов чиновников всех рангов — от рядового до сановного, взгляд на должность как на «пожалование для личного обогащения» оставался незыблемым, как многовековой обычай**.
Взяточничество было привычным явлением для всех: и для чиновников, и для просителей любых сословий; дворян, купцов, мещан, крестьян, Ненормальность, уродливость подобного способа управления перестали замечать, он стал повседневным, как бы естественным, сам собой разумеющимся. Особенностью «русской взятки было то, что ее перестали стыдиться, а если кто и возмущался, то его считали неисправимым «идеалистом». «Брали губернаторы, председатели гражданских и уголовных палат, брали в Сенате. Все это узаконилось, вошло в обычай, и проситель никогда не приходил в присутственные места с пустыми руками».
Сенатские ревизии 1910-1913 годов, которые закончились шумными судебными процессами, показали, что у чиновничества (особенно высшего) существовали «неофициальные, аферистические, уголовно наказуемые источники доходов, которых нет в распоряжении других общественных групп, и размеры этих доходов были отнюдь не незначительные».
Также следует отметить, что в то время как на всем протяжении XVIII и XIX веков и в начале XX века правительство «одной рукой энергично и бесплодно искореняло взяточничество, оно другою рукою столь же энергично, но уже и вполне успешно насадило условия, по необходимости рождающие новое поколение взяточников»**, Подлинное объяснение, как писал П, Берлин, непотопляемости российского взяточни-чества надо искать в том, что оно -«неразрывно слилось и срослось со всем строем и укладом политической жизни». Дело в том, что, «стремясь привязать к себе чиновничество крепкими узами, правительство сквозь пальцы смотрело на обогащение с помощью взяток и обмана казны. Оно знало, что если чиновники-взяточники и обманывают, и разоряют казну, то, с другой стороны, в политическом отношении они всегда являются наиболее угодливым элементом». Хотя взяточник в моральном отношении и гнилая, но все-таки какая ни есть подпорка режиму.
«Так прочно закладывались психологические основы взяточничества и казнокрадства». При этом оба упомянутых явления — родственные друг другу сорные травы. «Если мы остановим свое внимание на главном поле российского взяточничества, — делал очень важное заключение П. Берлин, — то легко убедимся, что и люди, получавшие взятки, и люди, их дававшие, одновременно обогатели за один общий счет — казенный». Вот
почему оно расцветало у нас махровым цветом около казенных предприятий и учреждений, нанося им колоссальные экономические потери.
Следует также отметить тот момент, что «при строгом, неукоснительном применении существующих у нас архаических законов, регулирующих хозяйственную жизнь страны, - как писал Берлин, - чиновники могли бы эту жизнь совершенно затормозить, оставаясь на почве закон¬ности Дело доходило до абсурда. Так, в «Своде законов Российской империи» излагалось, как надо «на законном основании» сушить кирпичи, гнуть железо, молоть хлеб, разводить огородные культуры и т. п., вплоть до мелочных предписаний дворникам убирать золу из печей «прежде их топки». Таким образом, в России - «стране с отсталым политическим строем, с отсталым законодательством» — взятка сплошь и рядом выступала в «конституционной» роли. Любой русский промышленник и общественный деятель мог привести сотни примеров, показывающих, как взятка выступала толкачом экономического, научно-технического и даже шире — общественного прогресса в обход устаревшим законам. Через корыстную поддержку открывались новые фабрики и рудники, строились железные дороги, модернизировался флот (военный и гражданский). Вероятно» эту функцию нашей взятки имел в виду уже в наше время бывший мэр Москвы Г, Попов, когда смиренно признался, что взятки предпринимателям придется давать чиновникам для пользы «дела».
С темными временами царизма разобрались, а что же произошло после победы революции? Может быть, взятки были изжиты благодаря суровым законам военного времени? К сожалению, нет, В состав вновь формирующихся министерств были набраны кадры из старых дореволюционных служащих с их традициями, привычками и навыками управленческой работы. Так продолжилась эта традиция,
За годы советской власти, в изменившихся социально-экономических условиях, взятка покинула административную среду и расползлась по другим социальным институтам — системам здравоохранения, образования, торговли и т, п.
Вывод однозначен:«принос», «взятка», «откат» — это устоявшаяся традиция российского государственного устройства, веками сформированный обычай делового оборота, прекрасно адаптирующийся к любым социально-экономическим условиям.

----
Из книги Д.Ткаченко, М.Горбачёв О.Т.К.А.Т.


Link | Leave a comment {1} | Add to Memories | Tell a Friend

(no subject)

Oct. 3rd, 2009 | 03:22 am

Link | Leave a comment | Add to Memories | Tell a Friend

(no subject)

Sep. 28th, 2009 | 02:21 am


Прошло около минуты, и в зале наступила абсолютная тишина. Тогда я заговорил:
- Итак, что сказать о вашей душе, Иван Григорьевич? Есть известное
мнение, что даже в самом дурном человеке можно найти хорошее. Я так долго
молчал, потому что искал это хорошее в вас... Увы. Есть только две черты,
которые придают вам что-то человеческое - то, что вы педераст, и то, что вы
агент Моссад. Все остальное невыразимо страшно. Настолько страшно, что даже
мне, профессиональному вампиру, делается не по себе. А я, поверьте, видел
бездны...
Семнюков молчал. Над залом повисла напряженная тишина.
- Мы знаем, Рама, что ты видел бездны, - сказал за моей спиной голос
Энлиля Маратовича. - Их тут все видели. Постарайся не сотрясать воздух
впустую. Про эту ерунду всем известно, и никакой это не компромат.
- Так я и не привожу эти сведения в качестве компромата, - ответил я. -
Скорей наоборот. Если вы хотите самую грязную, самую страшную, самую стыдную
и болезненную тайну этой души, извольте... Я опущу детали личной жизни этого
господина, умолчу о его финансовой непорядочности и патологической лживости,
потому что сам Иван Григорьевич не стесняется ничего из перечисленного
и считает, что все эти качества делают его динамичным современным человеком.
И в этом он, к несчастью, прав. Но есть одна вещь, которой Иван Григорьевич
стыдится. Есть нечто, спрятанное по-настоящему глубоко... Может, не
говорить?
Я чувствовал, как в зале сгущается электричество.
- Все-таки наверно придется сказать, - заключил я. - Так вот. Иван
Григорьевич на дружеской ноге со многими финансовыми тузами и крупными
бизнесменами, некоторые из которых здесь присутствуют. Все это очень богатые
люди. Иван Григорьевич тоже известен им как крупный бизнесмен, чей бизнес
временно находится в доверительном управлении группы адвокатов - поскольку
наш герой уже много лет на государственной службе...
Я почувствовал, как голова Семнюкова задвигалась из стороны в сторону,
словно он что-то отрицал. Я замолчал, полагая, что он хочет ответить. Но он
не стал говорить.
- Так вот, господа, - продолжил я. - Самая стыдная, темная и мокрая
тайна Ивана Григорьевича в том, что доверительное управление, акции и
адвокаты - это туфта, и никакого реального бизнеса у него нет. А есть только
пара потемкинских фирм, состоящих из юридического адреса, названия и
логотипа. И нужны эти фирмы не для махинаций, а для того, чтобы делать вид,
будто он занимается махинациями. Кстати, интересное наблюдение, господа - на
примере Ивана Григорьевича можно ясно сформулировать, где сегодня проходит
грань между богатым и бедным человеком. Богатый человек старательно делает
вид, что у него денег меньше, чем на самом деле. А бедный человек делает
вид, что у него их больше. В этом смысле Иван Григорьевич, безусловно,
бедный человек, и своей бедности он стыдится сильнее всего - хотя
большинство наших соотечественников сочли бы его очень богатым. У него
придумано много способов скрывать реальное положение дел - есть даже такая
нетривиальная вещь как потемкинский офшор. Но в действительности он живет на
взятки, как самый заурядный чиновник. И пусть это довольно крупные взятки,
все равно их не хватает. Потому что тот образ жизни, который ведет Иван
Григорьевич, недешев. И уж конечно он не ровня тем людям, с которыми гуляет
в Давосе и Куршевеле... Вот.
- А я знал, - сказал мужской голос в группе халдеев.
- А я нет, - откликнулся другой.
- И я тоже нет, - произнес третий.
Иван Григорьевич переступил черту на полу.

Link | Leave a comment | Add to Memories | Tell a Friend

(no subject)

Sep. 26th, 2009 | 04:57 pm

Было очень тепло. Настолько, что проезжавшие «бомбилы»-кавказцы вытаскивали наружу руки, подставляя их встречным потокам воздуха и держась за крыши своих «шестерок» и «семерок». Бабушки аккуратно вышагивали по плиткам парковых дорожек, а внуки беззаботно играли в мяч, и все было так спокойно и умиротворенно, что можно было подумать, что ты не в Москве, а где-нибудь в Центральной Европе. Но потом светофоры зажглись зеленым, и мимо меня поехал плотный поток маршруток, набитых служащими с неприветливыми, готовыми к труду, но по большей части – к обороне лицами, и выглядело это так, будто маршрутки ехали не сами, а их везли на огромной лентетранспортере. Стоявший на бордюре клерк в помятом костюме внезапно сорвался, перебежал дорогу, едва не опрокинув мне на капот алюминиевую банку с «джин-тоником», выругался, не поворачивая головы, и умчался прочь, задев портфелем бампер соседней машины. А из припаркованной у обочины «девятки» зазвучали злые гитарные переборы и строгие слова о том, что «десантура атакует с неба». И из дырки в ограде стадиона вылезло трое здоровенных лбов в спортивных костюмах, один из которых выронил бутылку с пивом, та громко раскололась и оросила асфальт мутным содержимым. Лбы не расстроились и в качестве компенсации немедленно пристали к двум студенткам. Проходивший мимо мужчина попытался сделать им замечание и, тут же ознакомившись с ассортиментом вербальных угроз, опустил голову и засеменил дальше. Сидевшие в «девятке» пассажиры, чьи похмельные лица были хорошо видны через опущенные стекла, одобрительно заулыбались, и это говорило в пользу того, что пацанчики все еще бодрячком, Европа все еще там, где ей и положено быть, а все мы – дети Данилы Бодрова. И лето прошло, а бодрящие солнечные лучи созданы лишь для того, чтобы утренняя Россия встала с колен и пошла на работу.

Link | Leave a comment | Add to Memories | Tell a Friend